Остаться сообществом и «подтянуть» других: опыт перемещенной Беловодской громады в сфере медицины, социальных услуг, образования и так далее

«Возглавив Беловодскую поселковую администрацию, я сразу же поставил перед коллективом условие: все или подавляющее большинство должны физически находиться и работать на месте, без массовой «дистанционки». То есть в Ровно, куда перенесены администрация и коммунальные учреждения громады», – так начальник Беловодской поселковой военной администрации Виктор Кобернюк объясняет «ОстроВу» успех работы СВА и коммунальных учреждений общины на новом месте.

Такой подход сработал на то, что беловодчане в релокации остались сообществом, и подтянули к себе активных местных жителей и переселенцев из разных регионов. Сформировалось нечто большее, чем просто коллектив – сложилась своего рода сеть сплоченных активных людей.

Образование: с учетом оккупации, миграции, образовательных потерь и реальной работы

«ОстроВ» уже писал, что в перемещенных учебных заведениях Беловодской громады сейчас обучаются 380 детей, часть из них находятся в оккупированных районах и за рубежом. Подробности рассказала начальница отдела образования исполкома Беловодского поселкового совета Луганской области Лариса Супрун.

Лариса Супрун — о работе учебных заведений в условиях переселения

«На сегодняшний день в двух учебных заведениях нашей общины обучается 357 учеников (февраль 2026 года. – «ОстроВ»). Большая часть этих учеников проживает на временно оккупированной территории и за рубежом, – рассказывает Супрун. – Вынужденно перемещенных лиц, проживающих на подконтрольной территории Украины, совсем мало. Это 19 детей, и эта цифра постоянно меняется. И постоянно меняются дети. Потому что это дети, которые мигрируют между зарубежьем и Украиной. Их родители, семьи мигрируют… Или это дети, которые выезжают с неподконтрольной территории Украины, останавливаются пока в Украине, а затем выезжают за границу. Также это дети военнослужащих, которым неудобно останавливаться на постоянное обучение где-то в одной школе, на какой-то одной территории из-за того, что родители – военнослужащие – переезжают с места на место. У этих родителей были возможности устроить детей в какой-то конкретной школе в том месте, где они работали и проживали, но оказалось, что дети очень трудно адаптируются, когда их вырывают из коллектива в коллектив. Поэтому такие дети учатся в нашей школе».

Лариса Михайловна и ее коллеги за четыре года накопили уникальный опыт в области обучения детей в условиях оккупации, мотивации этих детей и поддержания в них патриотического духа. Заканчивая онлайн-украинскую школу (в данном случае Беловодскую), некоторые дети уезжают на подконтрольную правительству территорию.

«Если хотя бы один ребенок получит аттестат нашей школы и приедет с ним на подконтрольную правительству территорию Украины – мы считаем, что уже выполнили свою миссию», – уже цитировал «ОстроВ» начальника Беловодской СВА Виктора Кобернюка.

Однако это другая тема. К тому же писать о таких случаях нужно максимально осторожно – эти дети и их родители очень рискуют.

Более 200 учеников двух беловодских школ находятся в Польше, Чехии, Финляндии и Нидерландах. Они и их родители крепко держатся за возможность учиться, пусть и дистанционно, в беловодской украинской школе. При этом они параллельно учатся в местных учебных заведениях. База знаний, полученная от украинских преподавателей на родном языке, в частности по математике, физике, химии, биологии, становится прочной основой для освоения наук на иностранном языке в иностранной школе – пусть и «вживую».

Кроме того, педагоги Беловодской громады имеют много офлайн-наработок  именно в Ровно. Здесь почему-то не хочется употреблять слово «живые» вместо «офлайнные» — ведь работа с детьми, которые находятся в оккупации или за границей, тоже живая.

Объяснять, какое коммунальное учреждение каким образом подчиняется Беловодской поселковой администрации, слишком долго. Скажем лишь, что организованное Беловодской администрацией, и в частности, отделом образования предоставление внешкольных образовательных услуг – это и кружки, где можно освоить конкретные навыки, и досуг, и праздники, и просто морально-психологическая поддержка. С детьми работают очень гибко, часто реагируя на ситуативные запросы или потребности.

К примеру, переселенка из Беловодской громады Мария Кузьменко руководит кружком «Украинский сувенир». Однако в день нашего визита она занималась с тремя девочками на украинском языке (Мария — опытный филолог, и ее диплом позволяет выполнять эту работу). Такова реакция на запрос детей и родителей: из-за онлайн-обучения нужно «подтянуть» живое общение, а также пройтись по существительным-прилагательным…

В день посещения журналисткой «ОстроВа» занятия у Марии Кузьменко присутствовали три девочки. Они с удовольствием и гордостью продемонстрировали, каким колядкам здесь научились

Занятия в основном проходят в хабе «Біловодщина незламна». В них участвуют десятки детей. Начиналось все с переселенцев, но довольно быстро присоединились и местные жители, увидев, как здесь интересно.

Постепенно среди сотрудников структур, организованных Беловодской общиной, появились и местные жители. Кстати, они тоже приходят сюда именно потому, что здесь интересно – это настоящая живая работа, которая дает реальный результат. Жителем Ровно, например, является руководитель кружка глиняной игрушки Василий Павлунь. Помимо работы в Беловодском хабе, он преподает и в колледже в Ровно, и вообще является местной знаменитостью благодаря своему мастерству.

Рабочий процесс в кружке глиняной игрушки

С детьми — как переселенцами, так и местными — также работает инклюзивно-ресурсный центр, созданный отделом образования исполкома Беловодской ПВА.

«Здесь мы восполняем образовательные потери», — говорит Лариса Супрун о его работе.

Как рассказала «ОстроВу» специалист центра, дефектолог Ирина Хлян (также местная жительница, как и Василий Павлунь), здесь проводят комплексную оценку детей с особыми образовательными потребностями. Определив потребности, дают рекомендации родителям и педагогам. Кроме того, непосредственно в хабе «Біловодщина незламна» работают в направлении необходимой коррекции. Перерывы в обучении, пребывание в оккупации или в зоне боевых действий – все это и вызывает то, что называют образовательными потерями. У кого-то из детей проблемы с речью, у кого-то – расстройство адаптации и т. д. Журналистка «ОстроВа» попала на индивидуальное занятие Ирины с восьмилетней Настей, которая успела пожить в оккупации и имеет проблемы с речью. Таких детей, как Настя, здесь 18 – от 5 до 17 лет.

Занятие логопеда с восьмилетней Настей

Логопед инклюзивно-ресурсного центра работает в Ивано-Франковске, психолог — в Киеве, а Ирина Хлян — непосредственно в Ровно.

Спектр социальных услуг

В Центр жизнестойкости Беловодской ПВА

«Центр жизнестойкости», «хаб», «такой-сякой центр оказания того и сего», «пункт несокрушимости» — это слишком избитые в наше время словосочетания. И за ними может скрываться как бездействие, так и реальная работа. Поэтому хочется максимально избегать их, описывая работу Центра жизнестойкости Беловодской ПВА. Кстати, единственного в Ровенской области, который создала именно релоцированная громада.

Небольшой чисто женский коллектив (без гендерных стереотипов – просто так сложилось) занимается тем, что называют таким же заштампованным словосочетанием «предоставление социальных услуг» – в основном переселенцам.

На практике, в частности, это выглядит так. Они выезжают к эвакуационным поездам, которыми в последнее время привозят переселенцев на вокзал. Общаются с каждым и каждой, разъясняют, где можно поселиться, где получить медицинскую помощь, где перезаключить декларацию с врачом и с каким именно… Кстати, таким образом попадают новые пациенты и к беловодским врачам.

И медики, и социальные работники признаются: переселенцы такого рода – это очень специфический и сложный контингент. Это те, кто «досиделся», но не «ждуны». Пожилые и очень пожилые люди, с инвалидностью и без, с животными и без, и все – с очень расшатанной психикой, потому что очень долго «сидели» под обстрелами, в зоне активных боевых действий – практически до последней возможности эвакуироваться с помощью волонтеров или государства. В последнее время это в основном люди из Донецкой области.

…А дальше — практически всем этим людям требуется помощь во внесении данных в Реестр поврежденного и уничтоженного имущества, и самостоятельно им это сделать крайне сложно. Иногда приходится начинать не с установки приложения «Дія», а с покупки нового не-кнопочного телефона. Иногда требуются иски в суд и ожидание решений. Всю эту помощь и оказывают в центре жизнестойкости Беловодской ПВА. Помогают и с другими онлайн-услугами. При общении с соцработниками у автора сложилось впечатление, что они уже могли бы такой услугой зарабатывать «на себя», как ФЛП, — настолько успели разобраться во всех «кабинетах», в специфике документирования разрушений в разных громадах разными БТИ и т. д.

Перечислять все, что здесь делают для переселенцев и с переселенцами, слишком долго: от помощи с электронным кабинетом для пенсионера до изготовления куклы-мотанки с женщиной, которая почти четыре года ждет пропавшего без вести.

И в рабочее время здесь всегда полно людей – даже когда отключают электричество.

Медицина: мобильная амбулатория, шаги по предоставлению бесплатных стоматологических услуг и не только

Мобильная амбулатория — предмет гордости главного врача КНП «Беловодский ЦПМСД» Зои Малыщенко и ее коллег. Эта передвижная амбулатория единственная в Ровенской области. Да и в других регионах Украины с таким специально оборудованным медицинским транспортом не так много. Благодаря амбулатории медицинские услуги предоставляются и жителям отдаленных сел (в основном ВПЛ в местах временного проживания).

Работая в Беловодске, главный врач местной больницы Зоя Малыщенко мечтала о мобильной амбулатории, максимально удобной для использования в сельской местности. Мечта сбылась, хотя и при печальных обстоятельствах — после оккупации общины и вынужденного переезда

«Эту мобильную амбулаторию, или, как она правильно называется, — мобильную клинику неотложной помощи — мы получили благодаря народу Дании от датской благотворительной организации Lions Danmark при содействии львовской фирмы «Сервис Юкрейн». Мобильная клиника предназначена для оказания медицинских услуг населению, временно проживающему здесь – это внутренне перемещенные лица и другие сельские жители, проживающие в отдаленных населенных пунктах Ровенской области. В дальнейшем, возможно, будем как-то планировать свою работу и с другими регионами, которые находятся рядом. …Предоставляем базовые медицинские услуги – услуги первичной медицинской помощи. Это прежде всего консультационный осмотр врачом – прямо в этой же амбулатории, которая оснащена и кондиционером, и водой, и необходимым оборудованием. Это прежде всего услуги, касающиеся электрокардиографического обследования. Мы измеряем глюкометром сахар в крови, делаем экспресс-тесты на ВИЧ, гепатит В и С, на сифилис. Все это оборудование было поставлено вместе с самой мобильной клиникой».

Еще работая в Беловодском районе — до того, как он вошел в состав Старобельского — Зоя Дмитриевна мечтала о чем-то подобном. Район с низкой плотностью населения, села расположены далеко друг от друга и от административного центра. При этом врач в Беловодском районе — кроме самого Беловодска — был только в одном селе. В остальных – лишь фельдшеры. Поэтому Зоя Малыщенко на собственном опыте знала, насколько ценна возможность оказывать медицинские услуги на выезде, да еще и с современным оборудованием. Мечта сбылась в Ровенской области, существенно облегчив жизнь и жителям местной громады, и переселенцам.

Во время выездных приёмов в мобильной амбулатории

В ближайшее время в амбулатории планируется оказывать и стоматологические услуги. Для этого уже подписан меморандум с Луганским государственным медицинским университетом, который также переехал в Ровно. Стоматолог — преподаватель института — дал согласие принимать пациентов в мобильной амбулатории. Виктор Кобернюк говорит, что сейчас ПВА ищет возможность приобрести оставшееся оборудование (почти все уже есть, шло в комплекте с машиной) и материалы через благотворителей, грантодателей, определенных международных партнеров. Цель главы Беловодской СВА – сделать эту услугу полностью бесплатной или максимально доступной для пациентов. Я говорю на это: «Даже в городских или областных стоматологических поликлиниках по всей стране сейчас все, кроме военных, платят за услуги по утвержденным тарифам, потому что иначе, наверное, невозможно...» Но Кобернюк поставил перед собой цель сделать это возможным. Будем наблюдать...

Чтобы предоставлять услуги УЗИ, в том числе на выезде, одна из врачей сейчас проходит обучение.

Стационарное отделение КНП «Беловодский ЦПМСД» работает в Ровно, прием здесь ведется шесть дней в неделю.

В одном из кабинетов, где принимают пациентов беловодские медики

«В нашем учреждении на сегодняшний день работают четыре врача. Трое из них — офлайн, один — онлайн. И две медицинские сестры. …Врачи работают по графику. Вот Анастасия Андреевна у нас работает каждый день. Два врача здесь оказывают услуги и в нашем гуманитарном хабе «Біловодщина незламна», и в ряде центров поддержки переселенцев в Ровно. Один из врачей ушел в армию, спасает жизни наших защитников», – рассказывает Зоя Малыщенко. 

И немного о кадрах — ведь они действительно решают многое

Виктор Кобернюк — кадровый военный, подполковник, участвовал в защите Украины с 2014 года. Должность главы Беловодской ПВА в его 54 года — первый опыт работы в гражданской администрации, да еще и в условиях войны, да еще и в перемещённой администрации. К тому же, он из Закарпатской области, а его коллектив – в основном переселенцы из противоположного края Украины. Потому я спросила: как коллектив воспринял эти два фактора – то, что в администрацию назначили руководителя из другой сферы деятельности, да еще и из другого региона Украины? Ответ был однозначным и от сотрудников, и от самого Кобернюка: руководителя приняли тепло, ведь главное — как людям работается и каковы результаты. Работается — с поправкой на переселение и войну — вполне комфортно, а результаты мы описали выше.

Чтобы конкурировать с местным образованием, медициной или социальной сферой, этим людям нужно предлагать громаде то, чего здесь еще не было. Поэтому они все время учатся, совершенствуют навыки, причем часто вкладывают в обучение немалые собственные средства (например, врачи, для которых повышение квалификации с последующим предоставлением новых услуг стоит от 20 с лишним тысяч гривен).

У каждого из этих людей – своя история выезда из дома через РФ и Европу, своя история «приживания» на новом месте, свои воспоминания о брошенном, о потерянных близких. Таких историй сейчас масса, и останавливаться на них здесь излишне. Речь о том, что эти люди упорно цепляются и держатся за свою беловодскость, луганскость. Иногда даже жилье арендуют своим землячеством – не говоря уж о работе.

Сейчас есть такое словосочетание – носители локальной идентичности. Возможно, для кого-то оно звучит как речевой штамп. Но эти люди действительно являются носителями локальной идентичности – беловодской, луганской. И вся их работа делается именно в таком контексте.